И здесь возникает проблема, которую легко не заметить при создании одной красивой картинки.
На первой странице зайка может быть белым и с длинными ушами.
Через несколько разворотов — стать серым.
Потом у него меняется одежда.
А ближе к финалу он вообще начинает выглядеть как другой персонаж.
Для отдельной иллюстрации это может быть мелочью. Для книги — уже нет.
Ребёнок замечает такие изменения быстрее взрослого
Взрослый может сосредоточиться на сюжете и не сразу обратить внимание на небольшие различия.
Ребёнок часто смотрит иначе.
Если его любимый спутник появился в начале истории, он запоминает:
- какого он цвета;
- какие у него уши или рога;
- во что он одет;
- какие у него необычные детали;
- как он выглядит рядом с главным героем.
И если через пять страниц персонаж внезапно меняется, мир сказки становится менее цельным.
Особенно это заметно в персональной книге, где сам смысл продукта строится вокруг узнавания.
Одного описания персонажа оказалось недостаточно
Можно каждый раз писать:
маленький добрый плюшевый зайка с длинными ушами
Но генеративная система всё равно может интерпретировать это описание немного по-разному.
Для одной сцены ушки окажутся короче.
Для другой изменится оттенок шерсти.
На третьей появится новая деталь одежды.
Каждая картинка сама по себе может оставаться красивой, но вместе они уже не выглядят как страницы одной книги.
Поэтому в Luseri мы стали относиться к важным повторяющимся персонажам примерно так же, как к самому ребёнку.
У важного героя появляется собственный визуальный образ
Если персонаж действительно участвует в истории и появляется на нескольких разворотах, для него сначала фиксируется постоянный образ.
Например:
оживший плюшевый трицератопс, мятного цвета, с двумя светлыми рожками и фиолетовым шарфом.
Или:
маленький лисёнок с рыжей шерстью, белой грудкой и синим рюкзачком.
Важно не описать персонажа максимально подробно, а выбрать несколько признаков, по которым его легко узнать.
После этого создаётся отдельный визуальный ориентир.
Дальше при создании сцен система уже не пытается каждый раз заново представить, как должен выглядеть этот герой.
У неё есть образ, к которому можно возвращаться.
Не все персонажи требуют такой обработки
В сказке могут встречаться бабочки, лесные жители, рыбки, птицы или другие фоновые существа.
Нет смысла создавать отдельный образ для каждого.
Мы выделяем только тех персонажей, которые действительно важны для истории и возвращаются снова.
Обычно это:
- постоянный спутник ребёнка;
- важный сказочный друг;
- персонаж, который участвует в нескольких ключевых сценах.
Так книга не перегружается лишними визуальными правилами, но важные герои остаются узнаваемыми.
Любимая игрушка особенно важна
Отдельный случай — когда родители добавляют в историю реального любимца ребёнка.
Например:
«Она всегда спит с плюшевым динозавром Клёпой».
Если такой персонаж становится спутником героя, особенно странно было бы менять его внешний вид от сцены к сцене.
Поэтому для таких героев мы стараемся сохранить именно те признаки, которые указала семья, а недостающие детали аккуратно дополняем один раз и дальше держим постоянными.
Получается не просто «какой-то динозавр», а конкретный Клёпа, которого ребёнок узнаёт на протяжении всей книги.
Это не значит, что персонаж становится неподвижным
Постоянный образ не означает одинаковую картинку.
Спутник может:
- радоваться;
- удивляться;
- бежать;
- лететь;
- прятаться;
- сидеть рядом с ребёнком;
- участвовать в разных сценах.
Меняются поза, эмоции, окружение и действие.
Не меняется его личность.
Это примерно как в обычной иллюстрированной книге: персонаж выглядит по-разному в разных ситуациях, но читатель никогда не сомневается, что это всё тот же герой.
Почему мы вообще уделяем этому столько внимания
Персональная книга легко производит сильное первое впечатление. Достаточно показать ребёнка на красивой обложке — и уже возникает эффект узнавания. Но качество длинной истории проверяется позже. На пятом развороте. На десятом. На двадцатом.
Именно там становится понятно, существует ли перед читателем цельный сказочный мир или просто набор красивых изображений. Поэтому для нас персонализация — это не только правильно создать лицо главного героя.
Нужно сохранить:
- самого ребёнка;
- его спутников;
- отношения между ними;
- визуальный язык мира;
- последовательность самой истории.
Хорошая персонализация должна быть почти незаметной
В идеальной книге ребёнок вообще не должен задумываться:
«Почему мой зайка теперь другой?»
Он просто принимает героя как знакомого персонажа и продолжает следить за приключением.
Наверное, это и есть хороший признак того, что технология работает.
Не когда читатель замечает, сколько сложных механизмов скрыто внутри.
А когда на каждой странице перед ним остаются те же самые герои из его собственной истории.